Чемпионка мира-1998 по художественной гимнастике Галина Мурашко (Малашенко) в интервью betnews.by рассказала, с какими трудностями столкнулась по ходу карьеры.
— Удостоверение заслуженного мастера спорта, насколько помню, ты получала из рук тогдашнего министра спорта Николая Ананьева, будучи в гипсе.
— На ноге у меня были две операции. На одном из турниров во Франции тренировка и опробование были в один день — только с этим свою травму и связываю.
Делаю распрыжку, подворачиваю ступню, слышу хруст и падаю. Нога раздувается — меня, понятно, на снимок. Но за этой кровью ничего не видно.
Ладно, разорвалась связка, бывает — замотаем, холод, а потом разберемся. Почему по приезде мы не сделали повторные снимки — я не знаю. Но, как ни крути, косяк этот в первую очередь был моим. Значит, дура была, не настояла, подумала, что и так все пройдет — а это все-таки непрофессионально.
Потом оказалось, что от ладьевидной косточки у меня отвалился кусочек и все время болтался внутри. Короче, нога болит и болит, массажи Миша делает, у него всегда все безукоризненно, всех на ноги поднимает, а тут что-то не то.
Короче, в один прекрасный день боль стала просто нестерпимой, решили-таки сделать снимок и увидели тот самый осколок. Первый гипс — это когда просверлили дырочки, чтобы пустить костную ткань, которая сможет этот осколочек прирастить.
Но ничего потом не приросло, поэтому были еще одна операция и еще один гипс. В НИИ травматологии, помню, еще уточнили: «Ты дальше спортом заниматься планируешь? Связку будем подшивать?» Я сказала: «Ну, конечно, будем!» До Олимпиады-то совсем немного уже оставалось.
Тем не менее, боль не ушла, меня все время эта нога беспокоила. То ли кость рыхлая стала и уже не держала тех нагрузок, то ли связка сверху не прирастала, но я терпела и ждала, когда все восстановится.
Самое интересное, это же делал и весь тренерский штаб, что было удивительно — постоянно же появлялись какие-то новые девочки.
Тренировались мы перед японским чемпионатом мира 1999 года в динамовском зале, перешедшим нам от «спортивников». Команда на ковре, а я рядом — на дорожке для опорных прыжков.
У Насти с Таней были проблемы — то колено, то еще что-то, и я их подменяла. Причем настолько часто, что у меня не было сомнений, что буду стоять в команде.
Потом мы поехали на «мир», я — запасной, но мне и тогда не пришло в голову, что придется наблюдать за соревнованиями со стороны.
Наивное создание… Сейчас-то понимаю, что тренеры поступили в общем-то логично, им нужен был человек. который будет помогать. А когда девочки пришли в норму, то мне просто сказали: мол, Галя, этот чемпионат без тебя.
Но, наверное, это надо было сделать еще в Минске, а не в Осаке. Нервное потрясение было настолько велико, что два дня я лежала пластом. Теперь уже у меня случилась паническая атака, да такая, что ползала по полу, чтобы сходить в туалет. Понятно, что на соревнованиях я тоже не была.
И это стало отправной точкой — слишком о многом я передумала в этой Осаке, лежа в гостиничном номере. Вернувшись домой, пришла в зал и сказала, что заканчиваю.
Понимала, что со своей ногой еще год не продержусь, памятуя о том, как мы тренировались перед Атлантой — в два раза больше обычного.
Помню, как плакала, когда об том сказала, и как плакали тренеры, когда это услышали. Но вот, хоть убей, не помню, кто именно из них.
Меня, кстати, еще на год потом оставили на ставке. Думаю, постаралась Виктория Сергеевна Кушнир — наш гостренер, а может, и Лепарская с Ненашевой — мне кажется, они всегда ко мне хорошо относились.
А нога болела еще лет двадцать.
Увлекательная история жизни чемпионки мира по художественной гимнастике
Фото: 1prof.by.
Поделиться:
0
0
0
