Главный тренер «Витебска» Сергей Гуренко проживает трехнедельную международную паузу на фоне сокрушительной победы над «Торпедо»-БЕЛАЗом со счетом 6:0 и признания лучшим коучем 23-го тура Betera-высшей лиги.
Два спасителя с пенальти и эксперт Betera. Компания лучших в туре
Подходящее время, чтобы встретиться, полистать самые колоритные фото из его игровой и тренерской карьеры, поностальгировать и даже открыть много неизвестных ранее интересных деталей.
Капский, КриРо и шуба. Кутузов комментирует самые яркие свои фото
— Это полуфинал Кубка Беларуси, матч в Гродно. Мы проиграли 1:2, но по сумме двух встреч вышли в финал. 1993 год. «Неман» тогда выиграли Кубок.
Все знают: Валентин — один из лучших наших футболистов. Он был очень умным, хорошо видел поле. Передача, понимание игры… Не зря у него потом была такая прекрасная карьера в киевском «Динамо». Играл в Лиге чемпионов, забивал за сборную. Знаковая фигура в белорусском футболе.
Андрей Аршавин не назвал Александра Глеба лучшим игроком в истории белорусского футбола
— Вы как-то говорили, что Белькевич заиграл бы и в европейском топ-клубе.
— Конечно. Если ты прошел «Динамо» Киев, то, думаю, в любой другой команде тебе уже ничего не страшно.
— Вы играли в Испании, Италии — какой топ-чемпионат больше подошел бы Белькевичу?
— Италия, наверное, нет. Там немножко другой футбол. Испания… Мне кажется, немецкий подошел бы. Слышал, к Валику и «Бавария» присматривалась.
— Тот самый матч с голландцами. Я здесь с Овермарсом. Та игра дала мне толчок, и я подписал контракт с «Локомотивом». И у других ребят тоже были предложения. Тогда Овермарс был как сегодня Винисиус. Но я мало того что справился с ним в обороне, так еще и атаковал, заставлял его бегать.
— Как играть против такого быстрого футболиста?
— Сергей Владимирович Боровский хорошо нас подготовил. Если Овермарс уходил в центр, меня страховал Володя Журавель. А если он пробрасывал под левую ногу, то я делал зазорчик в полтора метра, и мне этого хватало, чтобы не дать себя обыграть.
— Не с ним случайно обменялись майками после игры?
— У меня есть его майка. Еще Зендена. Но с других матчей против голландцев.
Old School. Сергей Гуренко: когда футболиста ловят на крючок, он себе уже не принадлежит
— Матч на стадионе «Динамо», когда мы сыграли 0:0. Это 1999 год. Меня уже купила «Рома». У нас была очень серьезная группа: Италия, Дания, Швейцария... Помню, взяли только три очка.
— Что вспоминается про Паоло Мальдини?
— По мне, это один из лучших защитников той эпохи. Даже сегодня, мне кажется, смог бы играть в любой команде. У него был идеальный подкат. Плюс выбор позиции. Топ-игрок.
Помню, после матча нас начали склонять: почему не обыграли итальянцев? Но у них был один полумомент, мы строго сыграли в обороне. Та Италия — не сегодняшняя. Один из самых звездных и ярких составов этой сборной.
— 2000 год. Матч-презентация новичков. Тогда к нам приехала слабенькая команда из Саудовской Аравии или Арабских Эмиратов. Забили им под десятку. Это мой второй год в «Роме». Отмечу майки. До этого была Diadora, а тогда — Kappa. Стрейч, майки облегали тело. По качеству, наверное, лучшие за всю мою карьеру.
Рядом — Батистута и Бальбо. Два нападающих, которые пришли в команду в тот год.
— Про Батистуту вы говорили — «монстр в штрафной».
— Наверное, из атакующих футболистов не видел того, кто лучше него играл в штрафной. Выбор позиции, игра корпусом, головой… Плюс очень приятный человек.
Роман Лисовский назвал Сергея Гуренко глыбой белорусского футбола
— Помню тот матч («Пьяченца» — «Рома». — betnews.by). Скорее всего, он был на «Стадио Олимпико». Рядом Эмерсон — сумасшедший футболист. Особенно в плане интеллекта. Человек играл в одно-два касания. Не было феноменальной скорости, но очень грамотно располагался. Помню, что если ты открыт — он всегда отдаст передачу. По мне, топовый игрок. У меня всегда были хорошие матчи против тех команд, где я когда-то играл.
— В «Пьяченце» вы пересекались с нынешним тренером «Ман Сити» Энцо Мареской.
— Мы с ним очень хорошо общались, дружили. Помню, когда он выступал в «Севилье» и мы против них играли — даже майками поменялись. Это был очень умный футболист. Слежу за его карьерой, переживаю за него. И человек хороший, и тренер. Думающий, интересный. Есть большое желание где-то с ним пересечься. Но раньше это было проще.
— Домашний матч c украинцами, в котором мы проиграли 0:2. Помню, что неплохо начали, хорошо играли. Но две ошибки — и уступили. Для меня было очень странно, что латералем тогда вышел играть Сергей Штанюк. Против быстрого, ростом 160 сантиметров соперника.
— Как вам игралось против Андрея Шевченко?
— Помню, что в скорости я ему точно не уступал. Шева тогда и забил голы. По центру, а в том эпизоде оказался со мной [на фланге].
— Это тот самый матч, когда Белькевича и Хацкевича обвинили в сдаче. Могло там быть что-то нечистое?
— Зная, что происходило в «Динамо» Киев, — все могло быть. Но, по мне, ребята играли в свою силу. Если есть какие-то сомнения — лучше тогда не ставить игрока.
— Просто в тот день белорусы оказались слабее украинцев?
— Та сборная Украины — очень приличная команда. Но, мне кажется, проблема была даже не в этом, а в том, что мы все-таки немножко неправильно с ними сыграли. Штанюку было сложно левым латералем.
— Тоже стадион «Динамо». Скорее всего, какой-то товарищеский матч. С Геннадием Николаевичем Невыгласом мы всегда тепло общаемся — в том числе сейчас, когда в городе встречаемся. По мне, это был очень хороший руководитель федерации футбола.
— Если взять всех прежних председателей, кого поставите на первое место?
— Наверное, выделил бы как раз Геннадия Николаевича. Еще Румаса. Это люди с колоссальным влиянием, которые реально могли помочь сдвинуть наш футбол с мертвой точки. Был еще Федоров, но он сильно не лез в футбол, да тогда и возможностей было меньше.
— Кого можно было бы добавить в этот состав, формируя идеальную сборную Беларуси?
— Я бы добавил Штанюка. Макс Ромащенко здесь не помешал бы. Васи Баранова не вижу. Есть ребята, которых еще можно было бы включить. Может, кого-то и упустил — не хочется обидеть…
— Но в целом похоже на идеальную сборную Беларуси?
— Да, похоже.
Чья сборная Беларуси сильнейшая в истории?
— Да, это мое возвращение в «Локомотив». 2003 год. Как раз приехали два бразильца. Помню, Юрий Палыч Семин даже не знал, кто из них на какой позиции играет:) Уходил я, играя под 8-м номером, но, видно, он был занят. Дали 41-й. И под ним я отыграл 6 сезонов.
С числом 41 у меня очень много связано. Первая квартира — №41. В кино придешь — 41. На поезд сядешь — 41. 41 и 14.
— Вы ведь могли сейчас работать с Юрием Палычем в одном городе. Намекаю на интерес к нему со стороны «МЛ».
— Это было в прошлом году. Я разговаривал с Юрием Палычем. Но, думаю, это было несерьезно. И Юрий Палыч так к этому и отнесся. На него выходили люди с Кипра. Плюс агенты. Команда базируется в Минске, играет в Витебске…
— Он советовался с вами?
— Нет. Я просто спросил: правда, неправда? Он говорит: да-а, звонили… Но распространяться не стал.
Юрий Семин отреагировал на интерес от «МЛ Витебска»
— За неимением чего-то другого пытался заблокировать Анри или сфолить. Он быстрый, очень хорошо открывался. На пространстве один из лучших нападающих в мире. Мы на равных сыграли с «Арсеналом» дома — 0:0. Но в гостях и в меньшинстве шансов практически не было — 0:2. У нас еще в первом тайме удалили левого защитника, и я вышел в перерыве. В тот год «Арсенал» стал чемпионом Англии, не проиграв ни одного матча. Но мы тогда вышли из группы с «Арсеналом», еще тем киевским «Динамо» и «Интером». Все это о многом говорит.
— Это игра против ФК «Москва», где тогда работал Леонид Слуцкий.
— Слуцкий когда-нибудь звал в одну из своих команд?
— Не-ет.
Наверное, единственный клуб в России, куда меня еще приглашали, — «Рубин». Причем Бердыев звал очень настойчиво. Мы с ним три раза встречались. Но в конечном счете я остался в «Локомотиве». Потому что отдал ему всю российскую карьеру.
— А в Европе еще какие-то варианты были?
— У меня было два предложения из Англии. Первое — сразу же, когда купила «Рома». Клубу поступило предложение от «Ньюкасла» и Бобби Робсона. Вроде они давали «Роме» 10 миллионов, но клуб не хотел. Фабио [Капелло] меня тогда не продал.
А второй раз — уже играя в «Парме», я ездил на два дня, провел товарищеский матч. Команду не помню. Помню, что там играл седой итальянский нападающий… Раванелли? Вот! Это был 2002 год.
— Судя по всему, это «Дерби Каунти».
— Да, «Дерби Каунти». В эту команду я приезжал. Видно, она потеряла опорников. И срочно надо было кого-то купить в эту зону. Я им очень понравился. Ехал в такси, звонит агент: все, тебя берут, очень хотят. Потом, смотрю, затихло. И узнаю, что через неделю убрали тренера, который хотел меня взять. В конечном счете команда не спаслась. А я в тот год стал больше играть за «Парму» и выиграл Кубок Италии.
Когда был в «Роме», также писали, что меня хотел турецкий клуб— возможно, «Галатасарай». Кто-то из лидеров. И еще были греческие варианты. Тоже лидеры.
— Два года подряд в «Локомотиве» я брал «Стальной рельс» — приз болельщиков. А здесь мне дали приз в номинации «Человек-паровоз». Видно, за трудолюбие. За что же еще могут так назвать?:) Все хранится дома. Причем с этим «паровозом» постоянно играл внук. Только сейчас увидел, что там, оказывается, и часы есть.
— Это мы выиграли Кубок России в «Лужниках». Тяжелейший матч против ФК «Москва». Юра Жевнов замечательно отыграл в воротах. В первом тайме мы могли спокойно уйти на 5:0 и не доводить игру до дополнительного времени. Отлично запомнил: это был самый жаркий матч, в котором я когда-либо играл. На улице было +35. Игра в два часа дня. Поле полито, крыша, испарение… Бутсы просто плавились.
— Как спасались от жары?
— Воду на бутсы лил.
Чем еще запомнилась эта игра: после нее меня выбрали для допинг-контроля. Вливал в себя воду, пиво — все что можно было. В конечном счете сдал только 30 грамм, хотя надо было 70. Нереально было больше. Такое обезвоживание организма…
— Бросается в глаза надпись на футболках игроков «Локомотива» — «Это мы 5-е колесо?».
— Мы тогда выиграли 5-й Кубок России. А «Локомотив» всегда считался 5-й командой Москвы. Конечно, ирония. Это мы-то 5-е колесо? Эту историю мы переписали. Майка у меня, кстати, сохранилась. Сзади на ней указаны все годы, когда «Локомотив» выигрывал Кубок.
— Это, понятно, игра с ЦСКА. Вагнер Лав. Год 2005-й. У меня всегда получались хорошие матчи против ЦСКА. При мне мы их постоянно обыгрывали:)
— Вагнер Лав — один из сильнейших футболистов, против которых доводилось играть?
— У Вагнера была хорошая скорость. Но, мне кажется, я здесь играл уже в опорной зоне. И больше попадал под Карвальо. Но после одной из игр он меня долго вспоминал.
— Побили его немного?
— И побили, и мы их переиграли. Он потом говорил: в «Локомотиве» бегает какой-то непонятный…
А сложно было с Алехандро Домингесом, который играл в «Рубине», потом в «Зените». Он не был постоянен. Не скажу, что супербыстрый, но все делал на смене ритма. Мог отдать в касание, мог придержать, мог пробить… Очень трудно было его прочитать.
— А из европейского футбола кого отметите?
— Из защитников — Алдаира. Из крайних — и Кафу, и Кандела. Запомнились Недвед, Гиггз, с которыми часто пересекался. Знаковые футболисты.
— Так, Дима Рекиш… Это та самая игра, после которой я подал в отставку. После грубейшей ошибки рефери. Тогда стадион назывался «Дарида», сейчас — «Динамо-Юни». Прекрасно помню тот момент. В концовке у меня игрок выбегает [в опасную контратаку], а судья дает свисток и ставит штрафной в другом месте. Откуда ветер дул — я знаю.
— Потом была нашумевшая пресс-конференция, на которой вы обращались к Виктору Ганчаренко.
— Да, потом была пресс-конференция, где я сказал все, как есть на самом деле.
— Вы потом говорили, что и спустя время повторили бы те слова.
— Конечно. Ничего сверхъестественного я не сказал. Иногда понимаешь, что судья ошибся не из злого умысла — есть ведь человеческий фактор. Возьмем даже эпизод в недавнем матче «МЛ» и «Динамо» Минск. Там понимаю, что у судьи не было злого умысла. Скорее всего, побоялся ставить пенальти в конце игры и, может, полностью не видел момент. Но когда судья делает это преднамеренно, [появляются] эмоции.
— Этот момент не помню. Видно, мы на одном из товарищеских матчей. По курткам видно, что была зима.
— Если подытожить работу Юрия Чижа в минском «Динамо», как бы вы ее оценили?
— На крепкую четверку — по пятибалльной системе. Он много внимания уделял детскому футболу, развитию игроков, вкладывал много средств. Был вовлечен. Но не было прямой концепции, как [прервать] гегемонию БАТЭ. Поэтому и крепкая четверка. Крепкая пятерка была бы, если бы мы через год становились чемпионами и бились бы с БАТЭ в каждом розыгрыше. Но, видно, не все зависело от футбольных вещей.
— Так, есть дорожки… Это стадион «Динамо». Здесь низко сидят болельщики. Видно, предназначен прежде всего для легкой атлетики. Футбол нельзя смотреть с таких первых рядов. Видно, что полный стадион. Скорее всего, это первая игра с «Зенитом».
— Не надоели вам вопросы про «Зенит»?
— А я уже все сказал. Добавить нечего. В чем моя проблема? Что мои ребята обыграли «Зенит» 4:0 — причем по делу? На все остальное я уже не мог повлиять. Ресурса не хватало:)
— Люди часто вспоминают применительно к вам именно ответный матч с «Зенитом» (1:8), хотя у вас богатая карьера — и игровая, и тренерская. Не обидно?
— Обидно, что люди такие. Считают, что я в этом матче мог как-то… Видно, кому-то интересно постоянно поднимать эту тему. Но для меня там все было прозрачно.
Автор: Сергей Мордасевич.
Фото: Александр Шичко, Александр Добриян, «Онлайнер», Getty Images, Alamy, Александр Федоров («СЭ»), ФК «Локомотив», ФК «Зенит».
Поделиться:
2
0
0
