Нападающий сборной Беларуси и «Адмирала» из Владивостока Егор Чезганов рассказал, что подумывал завершить карьеру в период выступлений за воскресенский «Химик» в турнире ВХЛ-2024/25.
В общей сложности в регулярном сезоне Чезганов тогда набрал 55 (30+25) очков, в плей-офф — 18 (9+9). Также он установил рекорд лиги по продолжительности результативной серии (17 матчей).
— Ты сказал, что, выступая в ВХЛ, мог закончить. Были такие мысли?
— В этом же сезоне, когда набрал 73 очка. Там была история с тем, что в 20 играх у меня было 20 очков. Примерно. И я закончился морально. И все. Потом 30 игр — 20 очков, 35 — то же самое… Я вообще ничего не набирал, пропускал игры...
Надежду дало только то, что меня вроде как могли обменять куда-то — в «Нефтехимик», что ли? И я сразу же — 2+1 или 1+2 в одной игре набрал. Прямо перед Новым годом было. Ну и потом договорились: если проведешь хороший сезон, мы тебя отдадим. Я сделал — меня не отдали: только после аренды.
Я звонил и говорил: не хочу. Что я здесь делаю? Для чего? Понимаю, что в первой команде — в «Спартаке» — играть не буду, что бы я ни делал. Какая у меня мотивация? Просто играть в хоккей? Во дворе можно просто поиграть в хоккей. Я что здесь, деньги какие-то зарабатываю? Да и неважны мне деньги: моя цель — попасть в КХЛ. Буду работать и делать для этого все, что угодно. Скажите — буду делать…
Поэтому такое выгорание случилось. И на протяжении примерно 10 игр звонил родителям и говорил: все, я заканчиваю и никуда не хочу.
Был такой период. Значит, надо опуститься на полное дно, чтобы потом взлететь. При том, что у меня реально была хорошая статистика — примерно очко за игру. Просто одна неудачная игра — и… Устаешь уже от партнеров, каких-то действий, от противника… Просто хаос какой-то. Я не выдерживал, что в 23 года никак не могу сделать шаг вперед. Было очень тяжело. Но теперь я рад, что в «Адмирале» — и прошел путь в «Спартаке», который меня многому научил. Если взять меня четыре года назад и сейчас, это два абсолютно разных человека. Может, другая организация меня так не воспитала бы и потопила. Или я бы сам потонул. Реально, могло быть миллион пятьсот пятьдесят других исходов, — сказал Чезганов в подкасте «На банке».
Фото:

