Новость о том, что Кирилл Ермакович стал игроком лидирующего в областном чемпионате узденского «Неманца» (Д3), оказалась уткой, выпорхнувшей в медиаполе после регистрации игрока в системе Comet. Ведь представитель футбольной династии провел в «Неманце» лишь одну тренировку. И вовсе завершил карьеру.
Вышла она короткой и далеко не такой яркой, какой могла бы: за красивые глаза в академию «Краснодара» белорусов не берут. И не следует думать, что Кирилла туда подсуетил отец — вингер оказался в детище Сергея Галицкого за 7 лет до появления в главной команде города Александра Ермаковича.
В прошлом году Кирилл играл за «Нафтан» (0+1 по «гол+пас» в 20 матчах), который, как выясняется, стал его последним клубом. До этого у воспитанника футбольных школ минского «Динамо», БАТЭ и «Краснодара» были «Гомель», «Витебск», «Крумкачы», «Белшина» и БАТЭ, за который он сыграл лишь один матч — кубковый.
В высшей лиге Беларуси Ермакович-младший провел 107 матчей, забил 3 мяча и отдал 5 голевых передач. В свое время он играл в юношеских (U-17 и U-19) сборных страны. В 2022 году завоевал Кубок Беларуси с «Гомелем».
В большом разговоре с betnews.by Кирилл рассказал о причинах завершения карьеры в 27 лет, кто выиграет чемпионат Беларуси, каким был в юности Матвей Сафонов и почему еврокубковое поражение стало для него ярчайшим событием в карьере.
Риск и искусственный сустав
— Как состоялся переход в «Неманец», и почему ты решил играть за Узду?
— Не было никакого перехода. По завершении прошлого сезона искал команду, и были варианты. Решил поддержать форму с «Молодечно», но на первой же тренировке в манеже получил травму.
— Многострадальное колено?
— Да. На следующий день на костылях поехал к доктору. Он мне сказал, что если хочу играть в футбол, надо делать операцию. А у меня их было три на левом колене. Подумал: может, лучше вообще закончить? Спустя некоторое время Сергей Глебко позвал побегать за «Неманец», где он, как я понимаю, играющий тренер.
Я пришел на одну тренировку, позанимался, вроде бы все нормально было — колено не беспокоило. Но решил проконсультироваться у врача. Доктор сказал, что продолжать не стоит. Какой, мол, был смысл заканчивать — чтобы потом играть во второй лиге? Чтобы делать операцию на колене, которое нестабильно, и высока вероятность получить еще одну травму и точно делать еще одну, более серьезную, операцию?
Разговор был долгим. Если вкратце: доктор пояснил, что я не заработаю столько денег, сколько — вплоть до операции по замене сустава — потрачу потом на лечение. И все — отпал вариант даже со второй лигой. О чем я Сереге и сообщил.
Но так как во вторую лигу заявиться очень просто (как понимаю, достаточно ввести паспортные данные), то Глебко это и сделал. И когда через пару месяцев про это узнали журналисты, то и появилась новость о моем «переходе»:)
— Насколько помню, впервые левое колено ты травмировал еще в 16 лет?
— Да, пропустил тогда полтора года. Поехали с «Динамо» на турнир в Ригу. Я выходил один на один, проткнул мяч — вратарь наступил на голеностоп, а я дальше побежал, с вывернутым коленом…
После операции долго восстанавливался, потом случился рецидив, еще год вылетел... Третью операцию делал перед приходом в «Нафтан» — просто почистил колено, которое после «Гомеля» сильно беспокоило.
А последнее повреждение, на тренировке в «Молодечно», получил случайно, даже без столкновения. Был смешной момент: ладно бы влетели друг в друга, а так просто бежали рядом, и мне пяткой в чашечку ударили, повредив связку.
— В футбол вернуться не хотелось?
— Хотелось, конечно, пусть и на таком уровне. Но колено не дает. Зимой доктор четко дал понять: если хочу играть на профессиональном уровне, надо делать операцию. И не факт, что после нее все будет так, как раньше. Что вмешательство пройдет без последствий и осложнений, что восстановление будет удачным и я еще поиграю на том же уровне.
Потом, как предупредил врач, с моим измученным коленом, вполне вероятно, пришлось бы ставить искусственный сустав. А он стоит ого-го сколько.
И я решил, что не стоит оно того. Если бы играл в сильном клубе, в РПЛ, наверное, сделал бы операцию, рискнул.
— Карьера получилась скомканной из-за травм?
— Можно и так сказать. Но я бы сформулировал чуть иначе: в том числе из-за колена. В 16 лет говорили, что с футболом все. Но я восстанавливался и возвращался. И не раз.
Адеола поможет сборной
— Больше всего времени — 3,5 года за два захода — ты провел в «Гомеле». Следишь за командой?
— Слежу за всеми своими бывшими командами. Да и вообще за чемпионатом Беларуси. Интересно ведь — столько знакомых, друзей осталось.
— Почему в конце 2024 года не продлил контракт с «Гомелем»?
— Не было стабильного места в команде: то в стартовом составе, то на замену выходил. Подумал, что в «Нафтане» точно буду играть. А вышло, что играл там едва ли не меньше, чем в «Гомеле».
— Кирилл Данилин в недавнем интервью жестко прошелся по судьям, не поставившим в пользу «Гомеля» ни одного пенальти за весь первый круг. При тебе чувствовалась предвзятость, о которой он говорил?
«Очень хорошо, но можно лучше». Кирилл Данилин итожит полгода в Гомеле
— Нет, я не ощущал особого отношения арбитров — ни в «Гомеле», ни в других моих клубах. Понятно, эмоции: оценивая спорный момент, одна команда будет говорить, что был пенальти, вторая — что нет. Но я не чувствовал, чтобы специально убивали «Гомель» в этом году или какую-то другую команду в моей карьере.
— Рэймонд Адеола вернулся в «Гомель», и разговоры о привлечении его в сборную Беларуси стали громче. Как считаешь, он пригодится команде, в которой работает твой отец? Как относишься к этой идее?
— Если будет в порядке, забивать-отдавать, в хорошей форме, то, конечно, пригодится. Но у него по позиции есть конкуренты, причем хорошие.
Рэймонд Адеола: буду только рад, если выпадет возможность играть за сборную Беларуси
Самый яркий матч
— Согласишься, что в «Гомеле» у тебя получился самый удачный отрезок? С ним ты выиграл Кубок Беларуси.
— Да, с Владимиром Невинским обыграли в финале БАТЭ. Классные эмоции были на «Динамо»! Незабываемые. Пожалуй, это мое самое яркое достижение в футболе. Из трофеев у меня чемпионство в первой лиге и тот триумф в Кубке.
А в следующем розыгрыше мы не смогли пройти «Осиповичи», которые шли на последнем месте в первой лиге... Вот это было грустно.
— Победа в Кубке стала пропуском в Лигу конференций. Назовешь те игры с «Арисом» наиболее яркими в карьере?
— Однозначно: это было просто вау! Понятно, речь не о результате. Очень понравилась атмосфера — так сказать, ощутил дыхание большого футбола. Культура боления у греков, безусловно, на уровне.
Я даже не про сам матч говорю. Мы же из-за запрета проводить домашние матчи в своей стране провели обе игры с «Арисом» в Салониках. Первую — при болельщиках, вторую — на пустом стадионе.
Так вот. Наш автобус от отеля до стадиона сопровождала машина полиции. И не просто так: греки активно реагировали — постоянно приветственно махали, что-то кричали. Но не все — некоторые и неприличные жесты показывали. В общем, весь город жил футболом, пусть это был только второй раунд квалификации.
Что собой представляет «Гомель», в Греции, думаю, вряд ли знали. Но народу пришло много. Атмосфера — не передать словами: каждая трибуна замутила свой перформанс, и когда команды выходили на поле, болельщики устроили офигительный прием. Такое не забывается.
— У нас нечто подобное можно ощутить только в Бресте?
— Нет, в Салониках чисто футбольный стадион, и четыре трибуны по кругу расположены близко к полю. Такой традиционный вариант. В Бресте же только две трибуны, и они далековато.
В Бресте классно, не спорю, в Гомеле тоже хорошая атмосфера. Но это несравнимо с тем, что было в Греции. Там болельщики не замолкали всю игру. Кто-то бросал рулоны туалетной бумаги, другие поднимали баннеры — очень классная поддержка.
— Настолько впечатлился, несмотря на то что шансов у «Гомеля» не было?
— Почему не было? После 1:5 в первом матче соперник при пустых трибунах играл уже не так агрессивно, и до самого конца держалась ничья 1:1. Мы могли и выиграть, но пропустили в компенсированное время. О проходе в следующий круг речь не шла, но по игре мы в ответном матче выглядели неплохо. Ясно, что на бумаге «Арис» выглядел сильнее, но все решается на поле. И можно все перевернуть, удивить.
— Как «Динамо» с «Нефтчи» или БАТЭ со «Сьоном»?
— За еврокубками слежу, стараюсь смотреть все матчи с белорусскими командами. Динамовцы молодцы, прошли серьезного соперника. А БАТЭ достойно сражался. Но у них со швейцарцами, как у «Гомеля» с «Арисом», сказался класс. Тем не менее ребята сделали все, что смогли.
Одни не хотели, другие не смогли. Минское «Динамо» прошло «Нефтчи»
Терпеть БАТЭ не пришлось: «Сьон» убил интригу слишком рано
— Матчи с «Арисом» или кубковый финал на «Динамо» пересматривал?
— Да, еврокубки показывал друзьям: где играл, какая шикарная атмосфера в Греции. А финал Кубка… Я вышел в концовке того матча, провел на поле 5-10 минут. Зато участвовал в обоих полуфинальных матчах и забил.
Пусть кто угодно вылетит, только не БАТЭ
— Возвращаясь к твоей карьере: как оценишь ее последний год?
— Планировал играть больше, чем в «Гомеле». С тренером (Игорем Криушенко. — betnews.by) разговаривали, но… Там свои моменты, у него спрашиваете. А потом меня вообще в защиту перевели.
Я, кстати, во все свои клубы приходил крайним нападающим. Но поиграл и на левом фланге обороны. В «Нафтане» Криушенко предложил проверить меня на этой позиции. А мне не впервой: в «Витебске» Валерий Чернухин говорил, что видит у меня задатки левого защитника, и предложил сыграть на этом месте за дубль — против минского «Динамо». После матча (мы уступили 1:2, я забил) он сказал, что ему понравилось и будет дальше использовать меня слева в обороне.
Я всю жизнь был крайним нападающим. Но когда распробовал, новое амплуа даже больше понравилось, как-то легче играть: задачи другие, но чаще работаешь с мячом, пространства больше. В «Гомеле» редко выходил на этой позиции, в основном — когда случались удаления. И латералем тоже играл.
— Так почему не остался в Новополоцке?
— У нас в Беларуси как? Соглашение на год. Контракт закончился, я прилетел из отпуска и стал искать команду. Вариант с «Нафтаном» обсуждался, но я за него не держался. Сначала вроде бы сказали «нет», а потом «мы сейчас посмотрим кого-то, после этого поговорим».
— Как оцениваешь шансы «Нафтана» остаться в «вышке»?
— Будет тяжело. Сейчас вот с «Днепром» 3:3 сыграли. Но шансы есть: надо брать очки по максимуму — команда же на последнем месте.
«Мы останемся в вышке!» Легионер «Нафтана» бодрится после 1+2 в Могилеве
— Если «Нафтан» останется, увеличится вероятность вылета твоего родного БАТЭ.
— Не хочется, чтобы БАТЭ вылетел. «Нафтан»… За любого, кто вылетит, будет обидно. Но главное — чтобы не БАТЭ! У меня в голове не укладывается такой грустный сценарий. Не верю, что борисовчане вылетят. И подписания уже есть, так что, думаю, точно останутся.
«Ужасы» академии «Краснодара» и странный Сафонов
— Недавно родители учащихся академии «Краснодара», в которой ты провел 1,5 года, обвинили руководство и персонал в слишком жестком отношении, излишнем контроле, эмоциональном давлении, кабальных контрактах. А какой она была в твое время?
— Да такой же, только стадион еще строился. В плане дисциплины, тренировочного процесса, полей, контроля за воспитанниками вряд ли что-то изменилось. Разве что еще один стадион построили, кроме основного, для «Краснодара-2». А так все так же классно, как и было.
Понятно, что дети, на фоне того что у них было до приезда в академию, рассказывают родителям об ужасах. Но на самом деле там никакой жести нет, а есть дисциплина. У каждой группы есть воспитатель, который контролирует учебу детей: посещение школы, выполнение домашних заданий, соблюдение режима…
В мое время телефон и игровые джойстики сдавались в 21:45, а в 22:00 — отбой. Масса тренеров, докторов — Галицкий сделал все, чтобы дети думали только о футболе, не отвлекались на мелочи, которые мешают развитию. Как по мне, в академии «Краснодара» созданы одни из лучших условий для прогресса молодых игроков в Европе.
Хочется позалипать в телефоне до полуночи? Так там две тренировки в день, и к десяти вечера реально хочется спать, тем более что подъем в 6:45. Жаловаться могут только те, у кого проблемы с дисциплиной, самоконтролем и в целом с развитием.
— Много ребят из твоего выпуска стали большими футболистами?
— Главная звезда не только моей команды, а, пожалуй, всей академии — Матвей Сафонов, с которым я жил в одной комнате. Полгода вместе были, пока Кирилл Капленко не подъехал, с которым я еще до футбола подружился. Мы не разлей вода были.
Кроме Сафонова, отличную карьеру сделали Даниил Уткин, Сергей Бородин, Артем Голубев, Магомед-Шапи Сулейманов. Кстати, Сулейманов жил в соседней комнате с Иваном Игнатьевым, который сейчас мог перейти в БАТЭ. Это был легендарный год, лучший в академии. И тренировал нас Мурад Мусаев, который спустя годы сделал «Краснодар» чемпионом России.
К сожалению, я получил серьезную травму, и главный врач академии поставил на мне крест, заявив, мол, пока я тут главный, ты не будешь играть. Пришлось ее покинуть.
— Расскажи что-нибудь про юного Сафонова, выигравшего две Лиги чемпионов.
— Он уже тогда отличался от партнеров. Почти все в 15-16 лет были еще детьми, а Мотя не в догонялки с пацанами играл, а книжки читал:) Был серьезнее, взрослее, что ли, более зрелым. Мыслил по-другому.
«На костылях или на инвалидной коляске передвигаться?»
— Тренер, с которым работалось комфортнее всего?
— Сложно выделить одного. С кем-то было лучше в плане тренировочного процесса, с кем-то — в плане общения. Каждый в чем-то хорош и чему-то учил. Но и в чем-то не нравился.
— А партнер?
— Андрей Потапенко. Мы и в БАТЭ вместе были, и в «Гомеле». Кстати, он с «Арисом» тоже на замены выходил. И даже когда я в первый раз ездил в Гомель на просмотр к Ивану Биончику, Андрей тоже подтянулся. Мы с ним и сейчас дружим.
— Не сказать, что у него яркая карьера.
— Так он еще и не заканчивает. Сейчас в «Днепре» и вполне может проявить себя.
— А тебе тяжело далось решение закончить в 27 лет?
— Конечно. Но не так, как было бы года два-три назад. Не знаю, как я это перенес бы. Наверное, и плакал бы, и в целом получил бы мощный психологический удар. А сейчас спокойно воспринимаю. Видимо, вырос, а может, дело в чем-то другом.
С другой стороны, чего убиваться? Рисковать здоровьем и оставаться в чемпионате Беларуси в 27 лет? Если посмотреть на ситуацию трезво, то я уже никуда не уеду. А здесь играть ради чего? Просто играть — да, хочется, даже очень. Но я и о своем здоровье думаю: хорошо, поиграю еще пару лет, да пусть даже пять, а что потом? На костылях или на инвалидной коляске передвигаться?
— Планируешь связать жизнь с футболом или со спортом?
— Не могу пока ответить. Высшее образование есть: закончил БГУФК, специализация — тренер по футболу.
— Раз следишь за высшей лигой, скажи: кто станет чемпионом?
— Не знаю, я просто наблюдаю:) Думаю, «МЛ» или минское «Динамо». Козыри есть и у тех и у других.
Автор: Олег Шепелюк.
Фото: ФК «Гомель», ФК «Нафтан», личный архив Кирилла Ермаковича.
Поделиться:
0
0
1
